Архив категорий Поэтические предложения

Ода Инженеру Сергею Королеву

1

Не раз из пепла Русь вставала,

Мы тем, кто был до нас, не судьи,

Страна трудилась,  воевала,

А поднимали Её – Люди!

Такие, что из тленной плоти,

Но не жалели свое тело,

И слово воплощали в дело,

И хлеб свой добывали в поте…

И горевали при потере,

Любили во грехе и в вере.

 

Живые были, не стальные

И не по-гжельски  расписные.

 

Сказать, что Русские — строптивы

И запрягать-де не спешат?!

Вот, подковал блоху Левша,

А результат  — локомотивы

Простор бескрайний бороздят,

Дорог  железных вьются сети,

Пусть избы строим без гвоздя,

Но нам подвластно все на свете:

В безвременье, в лихие годы

Страна – не тонущий кораблик,

Возведены громады фабрик,

Стоят и строятся заводы!

 

Во имя Родины и веры,

Без слов пустых и мыслей сирых

Ваш труд прекрасный, Инженеры,

Подобен сотворенью мира!

Кто изменяет лик планеты?

Мысль метит в новые высоты.

Вот человек идет по свету

И верно грезит о полетах,

Уж не припомню в век который

Вершить надумал чудеса:

Поднял над шхуной паруса

И вышел покорять просторы.

 

И так столетия текли

В хронологической пыли.

Настал машинный и крылатый

Неповторимый век двадцатый,

Не благолепный, не спокойный,

Мятущийся в кровавых войнах.

 

О, мысль – грядущего слуга,

Ей в радость новые вершины…

И вот, сминая стан врага,

Идут в прорыв бронемашины.

Идут, как смерч, им нет преград,

И враг разгромлен и повержен,

Не надо пафосных тирад,

Кто славен — тот в словах воздержан.

 

Да, наши горячи сердца —

Горят и светят  (полагаю),

Наш инженер с лицом творца,

Горшки не боги обжигают!

Нам ждать подарков от судьбы,

Витать над бренностью материй?

В порыв души высокий верю,

А путь труда – как путь борьбы!

 

2

Судить превратно не берусь —

Все та же ль ты, Святая Русь?

Былого сладостны мотивы

Пока традиций буквы живы?

Все те же ль образа во храмах

Или вождей портреты в рамах,

Затмили свет и смысл вообще

И все усилия вотще?

В работе, в суматохе дней

Все так же ценно слово «честь»?

Не отрываться от корней —

Вот в этом высший смысл есть!

 

Прогресс начался не вчера

И кто сказал, что нет души

У вдохновенного пера

И вычислительных машин?

Мечта исполнится сполна,

Залогом – радиоволна!

Боюсь, не подберу фонем

Для электронных микросхем…

 

Жизнь новых требует законов,

Других идей и скоростей.

Век новый — эрой электронной

Провозгласим для «Новостей»!

 

Но вечно будет длиться Эра

Конструктора и инженера!

 

3

Век двадцатый – век военный,

Повзрослевшие подростки,

И все так же незабвенны

Наши русские березки.

До внезапных слез лиричны,

Юности далекой чувства

Своей свежестью обычной

Без уловок, без искусства!

 

По случайности, быть может,

Спорить не берусь при этом,

Вырос Королев Сережа

Инженером — не поэтом!

Не смутили его: ивы

Да по берегу дороги,

Город на холмах красивый

И Днепровские пороги.

Коль скажу, не будет слишком —

Был он от роду, наверно,

Любознательный мальчишка,

С крепкой жилкой инженерной.

Энергичный и вихрастый.

Он из тех, кто созидает,

Имя им  — Энтузиасты,

Их порыв не увядает.

 

4

Учеба – дело долгих лет

И только на мажорной ноте…

Сошелся клином белый свет

На увлекательной работе,

В ней было все, по сути, ново

Для Инженера Королева.

Он шел неторною тропой,

И первые его успехи

Звучат прелюдией скупой  —

Грядущего величья вехи!

 

Уж было сказано не раз:

Гранится доблестный алмаз

В лишениях и поэтапно.

И вот, блеснет огнем внезапно,

Цветком раскроется талант

И засверкает бриллиант!

 

И впрямь судьба героя била,

Характер создает горнило!

Он стойко нес свой тяжкий крест,

И порицанье, и арест!

 

Он дело возлюбил,  как воздух,

Он шел через девятый вал,

Не просто крылья создавал —

Мечтал, душой стремился к звездам!

Но в чем была его звезда?

Иной растрачивал года,

Чтоб разобраться в слове « кредо»!

Вот изысканиям ответ:

Творец оружия победы

И баллистических ракет.

Своей задачей неизменной,

Своим призванием считал

Исполнить «чистых вод кристалл» —

Шаг к покорению Вселенной!

 

Быть может, прозвучит банально,

Что в этом путь его астральный!

Скажу посредством громких слов —

Он был основой из основ.

Каков!  Конструктор Генеральный,

Творец-мечтатель гениальный

И воплотитель вещих снов.

 

Всегда приподнято живой,

По воплощенью – рулевой.

 

К служению своей отчизне

Его дорога привела,

Он ставил труд превыше жизни

И дело во главу угла!

Не покидал и дни, и ночи

Цеха и кабинет рабочий.

 

Была крепка его натура!

Там был его любимый дом,

Где вздыбил степь ракетодром,

На  полигоне Байконура!

 

Возможно, вид Казахской степи,

Его к свершеньям вдохновлял —

На горизонте сопок цепи,

Вокруг бескрайние поля,

И ветер то поет, то воет,

Волнует шелковый ковыль

И поднимает к небу пыль –

Такой вид дорогого стоит!

 

И пару слов, так, между прочим,

О прелести пустынной ночи:

Лишь догорит закат имбирный

Долины  засыпают мирно

И ветер прекращает  дуть.

Взрыв чувств не передать словами,

Когда вверху над головами

Зажжется светлый Млечный путь.

И ты в плену мечты мгновенно

Готов лететь на край Вселенной.

 

5

О человек, ты — сын Земли!

Величию идей внемли!

Хочу пропеть я оду снова

Делам Сергея Королева.

Вот он, дитя стального века,

И энергичный, и живой

Поднял к высотам Человека

И след в веках оставил свой.

Для вечности совсем немного?!

Он в Космос проложил дорогу!

 

А помните, как не спеша,

Блоху подковывал Левша?

Так, если очень захотеть,

То можно к звездам полететь!

 

Жизнь движет сменой поколений,

Далек в пространстве путь земной,

Придет, бесспорно, новый Гений,

Но это будет век иной!

 

Он станет «Гуру», в свой черед,

Столпом земли, центральным нервом!

Но все же память не умрет,

О том, кто был однажды первым!

 

6

Ну что ж, осталось подытожить,

Всему свой надлежит итог,

И больше память не тревожить,

(И я тем грешен, видит Бог).

 

Поведать возрасту весны

Немного истин прописных?

 

Но нет, не будет изречений,

Тирад, высокопарных фраз,

Затасканных нравоучений

В изящном стиле — на заказ…

 

Скажу лишь так, не тронув  суть:

По силам выбирайте путь!

Да, точно! Именно по силам,

И сделайте его красивым!

КАК ЛЕГКО НАПИСАТЬ ПАРОДИЮ (статья)

Алексей МИЛЬКОВ

 КАК ЛЕГКО НАПИСАТЬ ПАРОДИЮ (статья)

 

Эпиграфы

Не побивайте пародиста камнями – пародист не виноват, что вы, уважаемые писатели и поэты, сами ему даете повод пародировать вас.

Автор

 

Поэт – тот ценен для народа, за кого берется хваткой пародист.

Автор

 

 

С некоторых пор цена пародиста стала высока и значима – и вот почему.

Сначала немного предыстории.

Всё зависит от того, что мы понимаем под пародией, что такое пародия вообще, какова история её развития и для чего она нужна. Слово “пародия” происходит от греческого “пара” и “оде” – песнь. “Пара-” означает нечто близкое, но вместе с тем противопоставляемое. Слово “пародия” относится к большому классу пара-слов: паранойя (против разума), парадокс (против ожидаемого), паразит (против пищи) и т.д.

Вот точка зрения гениального поэта, на которого писались пародии и который сам был не прочь этим побаловаться над другими:

 

     Мне не смешно, когда маляр негодный

     Мне пачкает Мадонну Рафаэля.

     Мне не смешно, когда фигляр презренный

     Пародией бесчестит Алигьери…

                        (А.С.Пушкин “Маленькие трагедии”)

 

Пушкин высказывает возмущение, но не более того. Он прекрасно знает, что на пародиста нельзя катить бочку, что с ним надо жить в согласии, как с соседом-пьяницей. В старину нравы были проще и честнее. Пародистам не предоставляли бумажное место, театральные подмостки и эфир. Их просто подводили к дыбе и в понятной физической форме объясняли, что они поступают нехорошо, некрасиво, неэтично, зловредно, вредоносно, злопыхательно и пасквилянтно. Скорее всего, тогда их называли охальниками, те, кто ведёт себя непристойно, или охульниками – кто порочители, хулители.

Но как быть, если кто-то вызывающе кликушествует и его авторское “я” бесцеремонно выпирает из всех пор произведения? В этом писатели всегда преуспевали, поэтому были неугодны завистникам и власть предержащим. Оно, это “я”, становилось бельмом в глазах, и вот тут-то автора, когда его заносит, хорошо бы и… по сусалам. Что было бы правильно, справедливо, наглядно, и ему неповадно. Но на дворе другие времена, и гуманные законы не позволяют это делать. А вот бить не автора, как первопричину, а его строчки, как литературный объект, можно и нужно, чем и занимается пародист. И он выходит во всеоружии своего острого слова смело на авансцену, точнее, на охоту и даже на тропу войны против всего наносного и неудобоваримого в его понимании. Пародист рассуждает: “Автор виноват уж тем, что хочется мне лягнуть (заткнуть) его”.

Пародист воспринимает поэтов и их стихи, как красную тряпку, от вида которой если не звереет, то хватается за оружие. Совесть позволяет ему поднимать только пишущее перо. Пародист проводит большую профилактическую работу среди писателей, ставя их на место, чтобы они не костенели, не заносились, не звездились, где не надо не гнездились, благоразумно мыслили и были ответственны и требовательны к своему творчеству. На первых порах о нужности пародиста, как щуки на карасей в озере, предупреждали по аналогии с известной фразой, когда-то звучавшей в каждом салуне Дикого Запада: “Не стреляйте в пианиста – он играет как умеет”.

Отстрел пародистов прекратился в одночасье. Ситуация изменилась резко с появлением Александра Иванова (1936 – 1996 гг.), самого великого из пародистов, писавших на русском языке. У Иванова уникально смешные пародии, это безусловно. Он обладал абсолютным вкусом, но кроме того, копаясь в чужом белье, у Иванова был острый глаз на любую грязь, дуаль, неточность или погрешность поэта, при этом представлял увиденное ярко и объемно, как бы под неким углом зрения от выпуклого зеркала.

Имея опыт написания пародий, могу сказать, что пародист пишет по принципу: смотришь в книгу – видишь фигу. Этих “фиг” у каждого писателя немало. Пародисту остается только преподнести “фиги” свету, минуя автора, даже игнорируя его, не спрашивая его согласия, воруя его строчки и манипулируя ими. Еще пародиста делает пародистом его нацеленность в точку, ему говорят: тут про Фому, а он своё – что про Ерему.

В какой-то момент поэты очнулись, найдя в этом выгоды, и пародии от пародистов стали желаемыми, потому что создавали рекламу пародируемому. Многие малоизвестные поэты утром просыпались знаменитыми, благодаря пародиям на них.

Пародист стал вхож во многие круги, особенно приглянулся политиканам, которым нужны пародии и эпиграммы, направленные на своих противников. Александр Иванов немножко преуспел в этом в сложные 90-е годы, в чем признался строчками:

 

Ты пиши, пиши, пиши,

Сочиняй весь век,

Потому что пародист –

Тоже человек.

 

Он не хочет затянуть

Туже поясок.

Для него твои стихи –

Хлебушка кусок.

 

Ты пиши и мой призыв

Не сочти за лесть,

Потому что пародист

Тоже хочет есть!

 

Губила пародистов чрезмерная желчь на всё: на авторов, на русский язык и т.д.

Как можно к Александру Иванову относиться? Он так неистово проходится по чужим стихам, что диву даешься, кто он: первооткрыватель автора, как несущий бредняк, коверкователь русского языка, возмутитель спокойствия, кривляка, исследователь, экспериментатор, модернизатор, или просто экзекутор и злопыхатель, а то и сразу всё вместе?

Он был сразу всем.

Это правда, что есть пародисты злые, как Александр Иванов, а есть мягкотелые, к которым отношу себя.

Поэт Игорь Григорьев написал крепкое стихотворение, где фигурируют строчки:

 

Это что за чудеса?

Не поэт, а словеса!

…….

Ведь это неясыть поет…

…Шапку Сшибает бредняк.

…….

– Тут неглыбко: Выбредай на берег!

 

Вот как Александр Иванов разделывает “под орех” эти словеса:

 

Скрозь елань, где елозит куржа,

Выхожу с ендалой на тропень.

А неясыть, обрыдло визжа,

Шкандыбает, туды ее в пень!

 

Анадысь, надорвав горлопань,

Я намедни бежу в многоперь,

На рожон, где нога не ступань.

…Но неглыбко в стихах и таперь.

 

На олешнике бязь. Ан пупырь

Врастопырь у дубов раскоряк.

Вопия, контрапупит упырь

Мой стихорукотворный бредняк!..

 

Александру Иванову принадлежат такие слова: “Поэзия умрет, а пародия будет жить!”

С чем я согласен. Еще бы и добавил: Всё умрет, а пародия будет жить! Потому что мир смешон и неуклюж.

И жизнь это доказала.

Есть одно уточнение и утешение. Если автор – личность, он бояться пародий не будет. Достойный человек всегда приветствует хорошую пародию на него, как произведение искусства, и огорчается плохой пародии, как неудачной шутке.

 

 

Этично ли вообще писать пародии? Оказывается – этично, потому что кругом происходят сплошные прецеденты. Те же сочинения, которые мы пишем в школе, откровенно говоря, являются невольно пародиями в прозаической форме. Кстати, на того же Пушкина… Образы литературных героев обсосаны школьниками со всех сторон. Вот уж кто поизмывался над классиками на полную катушку, так это они, что иным взрослым пародистам и не снилось! Противоречие: Евгений Онегин – убийца и при этом милейший человек. “Надев широкий боливар, Онегин едет на бульвар”. К слову, ужасно несимпатичный тип, бездельник, болтун. И вот что из этой информации выносят для себя школьники, вот какие “перлы” сопровождают его при этом в школьных сочинениях: “Онегин был богатый человек: по утрам он сидел в уборной, а потом ехал в цирк”, и много других по Пушкину, например, “Пугачев пожаловал шубу и лошадь со своего плеча”, “Петруша Гринев вынес из родного дома много хорошего”. По остальным из писателей тоже прошла неугомонная рука пародиста-школьника: “Комната Раскольникова была похожа на гроб с желтыми обоями”, “Я ржал, как лошадь поручика Ржевского”.

За мной тоже был грешок, когда выдал утверждение “Рахметов был не революционер, а распутник – спал на гвоздях, а не с Верой Павловной”.

Потом было у меня еще одно высказывание в духе школьника, пишущего сочинение: “Каждая женщина мечтает сыграть роль Дездемоны, а каждый мужчина – роль Отелло. Причем в своих фантазиях Дездемоне хочется побывать в смертельных объятиях Отелло, и при этом остаться в живых. А Отелло и без фантазий хочется максимально сжать шею Дездемоны, и при этом не стать фигурантом уголовного дела. Это очень трудно, но возможно, что и произошло с героями в трагедии Шекспира “Отелло”.

Писать такие сочинения по Достоевскому – преступление, а читать – наказание. Но что поделаешь – сочинения из первых рук приходится испытывать на себе и терпеть, прежде всего, учителям.

Вот на известную фразу из “Отелло” “Она его за муки полюбила, а он ее за сострадание к ним” я, как пародист, отреагировал своими словами: “Она его за руки полюбила, а он ее – за шею к ним”.

 

 

Пародию, как искусство, тоже можно рассматривать под разными углами. Абрам Маркович Гольденберг, известный более под псевдонимом Арго, давал такую классификацию пародий:

1) пародии на отдельное стихотворение;

2) на творчество поэта в целом;

3) на целое литературное направление.

Далее были значительно расширены рамки. Если собрать все пародии, вышедшие в свет со времён Сумарокова, то можно увидеть, что существуют пародии:

а) на отдельные слова;

б) строчки;

в) произведения;

г) стили;

д) литературные направления.

Есть и е) пародии на авторов, но не выходящие за рамки их творчества. В них содержатся намёки на личность автора, его вкусы, факты биографии, публичные высказывания, даже мнения других людей.

Так можно дойти до абсурда и усугубить классификацию до мелочности, например, ё) пародии на букву “ё”.

 

 

Из всех существующих мне нравится следующее определение: “Конструктивным внутренним признаком пародии является позиция по отношению к оригиналу”.

Именно по этому определению современная классификация делит пародии на пять категорий:

  1. Пародии, открыто направленные против исходного произведения, используя его литературные недостатки как таковые;
  2. Пародии, базирующиеся на хорошо известном тексте, например, “У попа была собака”, “Жил был у бабушки серенький козлик”, “Красная шапочка”.
  3. Объектом третьей группы является стиль или литературное направление, причём, не обязательно конкретное произведение. Включаются в эту категорию даже подражания, подчёркивающие достоинства исходного произведения или направления.
  4. К четвёртой категории отнесены пародии, где пародист переворачивает оригинал и придаёт ему противоположное значение.
  5. Пятая категория наиболее многочисленна. Пародист использует известное произведение для описания совершенно посторонних предметов, например, политических событий или новостей.

 

 

Разберем примерами каждую категорию в отдельности.

 

 

(1)

Вот стихотворение Павла Корюгина “Девушке-поэту”:

 

     Не бойся, милая, не бойся,

     Не плачь: “Неласкова сансара[1]!..”

     Сияньем праведным укройся

     С небес полученного дара.

     Тебе ли, Утреннему Свету,

     Грустить о мелочно-обидном?

     В тебе, сокрытому Поэту,

     Всё до истоков будет видно.

     Пройдешь дорогой озаренной,

     Стихом излечивая души.

     К тебе, прекрасной и влюбленной,

     Приходит Слово. Только слушай.

 

Напоминаю, у пародиста всегда своя точка зрения, состоящая в конфликте с общим мнением читателей и пародируемого автора. Проще говоря, пародия – это точка зрения на чужую точку зрения. Кто кого переборет, тот и будет праздновать победу. Для пародиста цель оправдывает средства. Важно, что он не скатывается с катушек, не переходит рамки литературы. Но на то он и пародист, чтобы навязывать свою точку зрения, с которой можно не соглашаться и от которой, он считает, пусть болит голова у других.

Тем не менее…

Павел Корюгин, сам того не замечая, преподнес нам стихотворение-клише по принципу “замени (вставь) слово”, или “раскрась картинки”, или “найдите несколько отличий”. Иначе, подви́г на пародию. Вместо девушки-поэта путем замены могут быть и другие девушки Маши-Кати разных профессий, образований и общественных ниш, в частности, девушка с веслом, девушка на шаре, девушка на панели… Например, я дал следующую интерпретацию этому стихотворению:

 

__________________

ДЕВУШКЕ-КИЛЛЕРУ

(пародия)

 

Не бойся, барышня, не бойся,

Таков твой крест, твоя судьбина!..

Идешь на дело, так настройся.

Сегодня ты палач, ундина!

Тебе ли, утром ранним розе,

Жалеть о чудике наивном?

Тебе за деньги, мафиози,

Всё под прицелом будет видно.

Пройдешь дворами вдохновленной,

АКа[2] излечивая душу

Стервозе, жизни недостойной,

изрешетив тлю прямо в лужу.

 

А ведь все прекрасно знают, что из песни слово не выбросишь. Это пример пародии первой категории.

 

Вот стихотворение Надежды Каневой “Белые крылья”:

 

     Всё ближе к звездной вышине,

     Лечу к заоблачной купели.

     Но птицу белую во мне,

     Так много раз убить хотели.

     Бездушно целилась рука,

     Шутя, как будто между делом,

     Стрела взвивалась в облака,

     И острие вонзала в тело.

     Лишь Дух и горняя Любовь

     Уберегают от бессилья.

     Взмывает птица вновь и вновь

     На неустанных белых крыльях.

 

Красивое стихотворение, но навевает на замысел пародии. Хорошая шахматная задача допускает единственный путь решения. А здесь очередное стихотворное клише, ведь необязательно быть пораженной стрелой. Почему бы, например… Предлагаю другую, свою версию:

 

 

 

__________________

СЛОНОВЫЙ ФУТБОЛ

(пародия)

 

Всё ближе к звездной вышине,

Взмываю к облачной купели.

Но птицу белую во мне

В мяч превратить слоны хотели.

Игриво целилась пята.

Шутя. Настолько и умело.

Я прорывалась сквозь бока,

Но ногтя шип вонзался в тело.

Лишь жажда жизни тщится в кровь

Просвет увидеть в тесных высях.

Взмывает птаха вновь и вновь

Из-под ступней на битых крыльях.

 

 

(2)

Всегда умозрителен подход ко второй категории. Эта группа очень многочисленна примерами. Вот я читаю:

 

     Лошадь не подкована – командир убит,

     Дивизия разбита – армия бежит.

     Враг заходит в город, пленных не щадя,

     Потому что в кузнице… не было гвоздя.

                                                        Самуил Маршак

 

                          Гвозди бы делать из этих людей,

                          Крепче бы не было в мире гвоздей.

                                                        Николай Тихонов

 

Мысль пародиста понесла меня развивать ее дальше с исследовательской целью: а всё же, почему у кузнеца не было гвоздя? Почему произошли тяжкие последствия, и что им предшествовало? Было бы просто, если бы гвоздь съела моль. Оказалось, всё произошедшее глубже и сложнее, если взглянуть на судьбоносную ментальность кузнеца с позиции того уникального времени.

 

__________________

СЛУШАЕТСЯ ДЕЛО

(пародия)

 

Слушается дело,

Кузнеца гвоздя.

Разве это дело –

В кузне нет гвоздя?

Кузнеца в кутузку,

Чтоб почем не зря,

Он забыл про гузку

Не для просто для.

Воздыхают девы:

– Жалко кузнеца.

Ахи в стоге, где вы,

Из-под молодца?

Мы за право дело,

Что шуршит трава.

Это наше дело,

Что бежит молва.

– Молодо! Не зрело! –

Огласил судья. –

Это же не дело –

В кузне нет гвоздя!

 

Встало солнце тенью,

Кузнецу не в шерсть.

И в статье расстрельной

Основанье есть.

Он примял ромашку,

Оскорбил рассвет.

Мерзкому дыханью

Оправданья нет.

Стоны при свиданьях,

Ахи, где ручей.

Этим эпохалье

Сделал помельчей.

Потому что стержня

В воспитаньи нет.

Потому что совесть

Вся сошла на нет.

Потому что в стержне

Место для гвоздя.

Потому что в стержень

Не забил гвоздя.

 

Враг средь нас таился,

Женщин не щадя,

Потому что в кузне…

Не было гвоздя!

 

 

(3)

Враг любого поэта — пародист, и каждому поэту надо готовиться к тому, что на него последуют пародии (как говорилось выше, сегодня пародист в почете и больше того – друг). По-другому это может звучать так: Поэт – тот ценен для народа, за кого берется хваткой пародист. Пародий не избежали даже очень хорошие поэты. Вот как звучит стихотворение Александра Максимова К поэту серебряного века”:

 

     Понапрасну хандрическим слогом

     И хмельным разъядрическим ямбом

     Ты связался с мифическим богом,

     Как бы мстя истерическим бабам.

 

     Забывает об этике Эрос,

     Когда входит с бутылками Бахус.

     Подменила патетику серость,

     Видно, дали вы с водкою маху-с!

 

     Не пыхтел ты трусическим бегом,

     Не скользил лебезическим шагом,

     Чтоб поэзно-классическим веком

     Просиять серебрическим магом!

 

     Нынче будней истертая ветошь

     Отогрела стоический лакмус,

     И, теперь, даже черная ретушь

     Не собьет поэтический градус.

 

Стихотворение сочное, колоритное, насыщенное забавными сравнениями, характерное футуристическим поэтическим течениям начала XX-го века. Меня привлекли яркие выражения хандрический слог и разъядрический ямб, в частности, что может быть еще более хандрическим и разъядрическим в нашем просвещенном мире? Конечно, его сиятельство русский мат! В свою очередь я представил это стихотворение следующим образом и назвал его:

 

__________________

МАТ — ДУША НАРОДА

(пародия)

 

Нынче будней истертая ветошь

Отогрела стоический лакмус,

И, теперь, даже черная ретушь

Не собьет поэтический градус.

 

Забывает об этике Эрос,

Когда входит с бутылками Бахус.

Подменила патетику серость,

Видно, дали вы с водкою маху-с!

 

Понапрасну хандрическим слогом

И хмельным разъядрическим ямбом

Ты связался с мифическим богом,

Как бы мстя истерическим бабам.

 

Не пыхтел ты трусическим бегом,

Не скользил лебезическим шагом,

Чтоб поэзно-классическим веком

Просиять серебрическим матом!

 

Заметьте, в оригинале “магом”, а у меня “матом”. Всего лишь изменено одно слово, точнее – одна буква, да порядок строф. Как говорится, хорошая шахматная задача обходится минимумом средств. Я не призываю писать таким образом пародии, но если есть повод, то флаг в руки или семь футов под килем.

Это образец написания пародий третьей категории.

Сошлюсь на пример такового корректного применения из классической литературы. У М.Ю. Лермонтова есть строчки:

 

Богатырь ты будешь с виду

И казак душой.

Провожать тебя я выйду –

Ты махнешь рукой…

 

Далее, находим на них подражание или перепев из Н.А. Некрасова:

 

Будешь ты чиновник с виду

И подлец душой,

Провожать тебя я выду –

И махну рукой!

 

Почему такое возможно? Иногда у поэта возникает “камень преткновения”, это место, где ему надо написать своё, а напрашиваются чужие строчки по принципу “лучше не скажешь”.

 

 

(4)

Евгений Евтушенко, автор нашумевшего на весь мир, ушедшего в народ хрестоматийного девиза “Поэт в России – больше, чем поэт”. Затем я встретил отклик на эти знаменательные строчки стихотворение Александра Максимова В печать”:

 

     “Поэт в России – больше, чем поэт”!

     В особенности, песенник и лирик.

     Он – логопед-поэт и правдовед,

     Его не втиснешь в чистогана мирик.

 

     Поэту при кудрях, но без штиблет

     Бросают дамы нежных взглядов розы.

     Его стихи – сияющий паркет!

     На нем заметней след поэта босый.

 

     Поэт в России – больше, чем балет,

     Поэт красив, как мощный старт ракеты,

     Поэт – взведенный страстью арбалет,

     Ему в печать!

                   Так нет же!

                                    Что вы?

                                                 Где там?

 

Действительно, стихи Александра Максимова хороши, но представляют поле деятельности для пародистов.

Напросилась следующая редакция под пародию четвертой категории, которой я и воспользовался:

 

__________________

ПОЭТ – НЕВОЛЬНИК СЛАВЫ

(пародия)

 

“Поэт в России – больше, чем поэт!”

Коль бунтовщик, и пародист, и лирик.

Он – горлопан, ведун, трибун и вед,

Витий не втиснешь в восхваленья мирик.

 

Поэт в России – больше без штиблет!

Путь грозовой, весь в молниях и росый.

И вот, стихи – блистающий паркет!

На нем богемней след поэта босый.

 

Поэт в России – больше, чем валет!

Бросают дамы нежных взглядов речи.

Отложен в сторону пера стилет…

Не слышно музыки… потухли свечи…

 

Поэт в России – больше на омлет!

Идет. Чем на глазунью или яйца всмятку.

К виску (и вся недолга) пистолет.

И эпитафия: “Попал в десятку!”

 

Поэт в России – больше, чем куплет,

Он памятник себе воздвиг нерукотворный,

Он песня, он поэма, он сонет,

И вот стоит на пьедестале непокорным.

 

 

Поэт в России – больше не секрет,

Что выше он любой из горных гряден,

Что всяк пиит пророк на много лет,

Что глубже всех он океанских впадин.

 

Поэт в России – больше, чем балет,

Поэт красив, как мощный старт ракеты,

Поэт – взведенный страстью арбалет,

Его изъять!

Чтоб канул

срочно

в лету!

 

 

(5)

Поводом для написания следующей пародии, которая относится к пятой категории, послужила яркая картинка, представленная Надеждой Александровной Мирошниченко, в 2009 году получившей звание “Народный поэт Республики Коми”. Картинка до такой степени зрима, что проступает перед глазами явью, как для каждого впечатлились в сознании знаменитые слова Александра Блока “Ночь, улица, фонарь, аптека”!

 

     Где-то по июню, как по лугу,

     Дикие гуляют табуны.

     Ветер в травах носится по кругу,

     Ошалев от близости Луны.

                             Надежда Мирошниченко

(народный поэт Республики Коми)

 

В этих строках целая повесть жизни. Параллельно я прокрутил в уме блоковскую картинку “Ночь, улица, фонарь, аптека”. Всего четыре локации, а перед нами весь мир. Мы помним этот ряд, при котором сразу же приводятся в действие чуткое ухо и острый глаз, да и все остальные включаются чувства сложного человеческого механизма.

Спонтанно пришла в голову ПАРОДИЯ. Это попытка реконструкции, в данном случае мне захотелось дописать за Надежду Мирошниченко то, что ею было осуществлено частично или сознательно опущено по этическим и нравственным соображениям. Я назвал пародию скромноЕдинение с природой”, хотя можно допустить более броские заглавия “Бдения с природой” или даже “Соитие с природой”:

 

 

 

 

 

__________________

ЕДИНЕНИЕ С ПРИРОДОЙ

(пародия)

 

Где-то по июню, как-то лугу,

Пылкие сбивались табуны.

Парни, девки носятся по кругу,

Ошалев от близости Луны.

 

Ах и ох!

Раздольно как по лугу!

Ох и ах!

Купались табуны!

Ах и ох!

Смешалось всё по кругу!

Ох и ах!

От шалости Луны!

 

Клары, Кати, Анжелики, Муськи,

Ксении, парней хмуря-хмеля,

Даши, Клеопатры, Маши, Нуськи,

Прочие ля-ля и тополя.

 

Страстные пасутся кобылицы.

Силою неистов жеребец.

Ночку всю придется потрудиться,

Чтоб под утро вышло, наконец.

 

Луг озоном пенится отборным.

Эх! Как бурны ночи и чудны!

Чу! Любви все глупости покорны!

Грех – не грех под святостью луны!

 

Вот уж “поиюню”! “Поиюню”!

Вот уж поматросю сгоряча!

Вот уж под луной пояню-иню!

Девки! Врассыпную! Стрекача!

 

Так их “поиюню-поиюню”!

Если не успеют девки кто,

Так я их разнюню, так обслюню,

В дамы превратятся разве что!

 

 

(6)

Я бы добавил еще один тип пародии – шестой, усложненный: пародия в пародии. Вот пример из моего творчества на слова хорошего поэта:

 

         Под Новый год, отмыв свои грехи,

         Пошел я в лес за елкою для дачи,

         А по дороге сочинял стихи.

         Ведь я Поэт! Я не могу иначе!

                                              Владимир Елисеев

 

 

__________________

Я – ПОЭТ!

(пародия)

 

Под Новый год, отмыв свои грехи,

Пошел я в лес за елкою для дачи,

А по дороге сочинял стихи.

Ведь я Поэт! Я не могу иначе!

 

Я улиц проходил на красный “стоп”.

Кажись, мне женщины визжали что-то.

Но я стихи слагал из ямб и стоп –

Не пешеход – Поэт я! Это что-то!

 

На елки виды были не плохи,

Но я отвлекся, встретив много заек.

Я так увлекся пересчетом их,

Что позабыл, что я поэт, а не прозаик.

 

За елью ель я шел, взирая их,

В берлоге получил прием горячий.

На что я пафосно шмальнул стихи –

Во мне Поэт всегда свежо чудачит!

 

        – В темно-синем лесу, где прозябли осины,

        Где с дубов-болтунов облетела листва,

        На меня косо зайцы глазами косили,

        Хором напевая странные слова:

        “А нам всё равно, а нам трын-трава,

        Что волк, что сова, да и сам медведь…”

 

Потапыч Миша оборвал стихи,

Признал: – Поэт! А это столько заек!

И попросил по-дружески простить,

Что не поэт он – пищевой развратник.

 

Внутри пародии “Я – поэт” находится пародия на “Песня про зайцев”

 

 

(7)

Также акцентирую на то, что пародия красна изложенной в ней историей, что пародии должны быть с сюжетом и подчиняться закону о трехактности произведения: завязка – развитие сюжета – развязка. Как пример привожу свою пародию на строчки:

 

       Терновый не страшись надеть венок,

       Верь: он в лавровый может превратиться.

       Всем бурям Клио подведёт итог –

       Войдёт в анналы и твоя страница.

                                                 Вадим Розов

 

 

 

__________________

ХРИСТОС ТЫ, ЧЕЛОВЕЧЕСТВА СПАСИТЕЛЬ

(пародия)

 

Сказали мне: – Ты – Пушкин! Тип не глуп!

Литглыба! Первый парень на деревне!

Ты девок перепортил всех округ!

Честолюбив! Высокого ты мненья!

 

Ты игрищ олимпийских чемпион!

И конкурса красавцев победитель! –

Еще признали: – Байрон – ты! Ньютон!

Христос ты, человечества спаситель!

 

Твои стихи как на душу бальзам.

Их музыка всем нам передается.

Ты автор слов, но знай, язык твой враг –

За свой базар ответ держать придется.

 

Терновый, тщась, надет на мне венок,

Сказали, жди, в лавровый превратится,

Что болям Клио подобьет итог –

Войдет в анналы новая страница.

 

Не в мочь терпеть, к перу тянулся я,

Чтоб записать для Клио про мученья,

Да держат крепко гвозди – крест и я

Единое, однако ж, сочлененье!!

 

Голгофы, Друг, дерзни надеть венок!

Терновый, льстись, в лавровый превратится!

Всем тленьям Клио подведёт итог –

Тебя твоя напомнит Плащаница!

 

И встрепенутся птицы славу петь!

И слух пройдет по городам и весям!

И снова мир возжаждет:

– Многа лет!

И вознесется:

– Имярек воскресе!

 

 

(8)

В спорах и разговорах о пародиях нельзя обойти стороной одну тонкость – это какой же поэт не упивается собой по Евтушенко “Поэт в России – больше, чем поэт!”, при этом какой поэт не желает нанести “пощечину общественному вкусу” и сбросить классиков “с парохода современности” своим неожиданным словесным или поведенческим фортелем?

Хотелось бы обратить внимание читателей, что у пародистов в туне остаются варианты, которые выбросить в мусорную корзину жалко, но и демонстрировать по этическим соображениям нежелательно, представляющие собой, бывает, даже больший интерес, чем основные варианты, подверженные общественному вкусу, его угождению, а не собственным взглядам пародистов, вынужденных подстраиваться под соображения государства о цензуре, о морали и приоритетах. Как доказательство, хочу это показать на примере моей пародии “Матримониалка по-русски”, сейчас вполне причесанной и прилизанной (стр. 38). На самом деле матримониалки в России проходят в более жёсткой и откровенной форме. Вот как это выглядит вариантом, вынутым со дна корзины:

 

          Не верю, что любовь прошла и всё забыто.

          Не спишь, глядишь в окно

и ждешь того, кто мил.

          Мигнул бы бортовым тебе я габаритом,

          Но рядом пролетать отец твой запретил.

Терпящий Бедствие Боинг (псевдоним)

 

 

_____________

МАТРИМОНИАЛКА ПО-РУССКИ

(пародия)

 

Любань,

позволь напомнить то, что не забыто:

Не спишь, ты взаперти, и ждешь меня, кто мил.

На тракторе вкатил я в галстуке открыто,

Но твой отец на выстрел только подпустил.

 

Малиновый пиджак сидел на мне точь в пору.

Я пальцы веером широко распускал.

Но выказал и здесь отец строптивый норов,

“Ша!” – майку с треском на груди своей порвал.

 

В последний раз, в экстрим, я умирал от жажды,

Когда он кое-что на мне тисками зажимал.

– Вникай! – тебя он поучал.

– Так будет с каждым!

Смотри! – и рукоять насмешливо вращал.

 

Тебя мутило, кровью обливалось сердце,

Но ты стоически себя вела в аврал.

И дрогнул на тебе один лишь мускул в ленце,

Мигнула глазом мне,

чтоб духом не упал.

 

– Клянусь! – кричал я, – Больно, папа! Пальцем даже

Не трону вашу дочку!

Хоть озолоти!

– Тиски уйми! Возьми пилу! – стонал я дальше.

– И надо что, папа́, быстрей…

укороти.

 

При этом слове он смекнул, и сбросил обороты,

И я успел слинять с его крутой груди.

Свои я матримониальные просчеты

Понял:

за просто

к милке

лучше не ходи!

 

Любань, прости!

Твой па однажды ящик водки

Случайно ночью у дверей своих прибрал.

Не бдил!

И ты была в моих объятьях стойких.

И я твою

девичью честь

обременял!

 

 

(9)

Прочитав выше приведенную пародию укрепляешься в мысли, что главные герои в повестях под названием жизнь – женщины. Потому что мужчины грубы, с разборками, драками, с войнами строят отношения, а женщины – обставляют их тонкой вязью нежности и укорота агрессивности. В доказательство на просторах поэзии я наткнулся на следующие строчки и понял – это крик души поэтессы.

 

          Я – женщина, я разная бываю.

          Сегодня я одна, а завтра я другая.

          Когда во мне Земли стихия,

          Хозяйка я, пишу стихи я.

          Когда Огонь во мне преобладает –

          Любовницею страстною бываю.

Галина Попова

 

Заметьте, здесь проблематика в любви. Вот об этой стороне пародий хотелось бы сказать подробнее. Для пародий нужны идеи. У каждой идеи есть родители – это те люди, которые дают жизнь или дают путевку в жизнь. Здесь неоценима роль женщин, инициирующих начало всех начал. Пародия “Кто сможет страсть поэтическую во мне унять” – собирательный образ, сущая правда, навеянная поэтессой Галиной Поповой и другими женщинами, назовем их тоже поэтессами. Поэтессы не только романтичная часть наших женщин, но и сентиментальная, у них за каждым стихотворением стоит реальный роковой мужчина, также как для тех женщины являются в образе муз. Пользуясь этим, я умею разговорить любых поэтесс, даже самых мрачных и закрытых, из которых слова не вытянешь. В общении со мной они настолько становились независимыми, раскрепощенными, самовозбуждающимися и самовозгорающимися, что откровения между нами зашкаливали, и к разговору они приплетали своих подруг-поэтесс, создавая цепную реакцию, подавая их истории за свои.

Моя задача была собрать в пародии “Кто сможет страсть поэтическую во мне унять” амуры воедино, чтобы читательницы могли вспомнить о ярко проведенных молодых годах, не просто видели бы себя в моей пародии, а узнавали бы в пародии себя, чтобы тоже бы замахнулись на высокую поэзию.

 

_____________________

КТО СМОЖЕТ СТРАСТЬ ПОЭТИЧЕСКУЮ

ВО МНЕ УНЯТЬ

(пародия)

 

Я – женщина, унять хочу в себе напасть,

Коварную, с названием простецким –

СТРАСТЬ!

Когда во мне любви стихия,

Хозяйка я, пишу стихи я!

 

Васятка посетил мой скромный уголок,

Пришел,

увидел,

донял.

Что же он извлек?

Когда во мне любви стихия,

Хозяйка я, пишу стихи я!

 

Олег настойчив был, раскладывав диван.

– Сейчас не время, чтоб…

– узнал мой бонвиван.

– Когда во мне любви стихия,

Хозяйка я, пишу стихи я!

 

– Ой, кто ты, чудо-юдо

сексуальное? –

Поставила на место я Витька

желанного:

– Когда во мне любви стихия,

Хозяйка я, пишу стихи я!

 

– В ногах, болтают, правды нет! –

сел рядом друг мой новый Серж.

Брюзге облом был дан,

полезный всех невежд:

– Когда во мне любви стихия,

Хозяйка я, пишу стихи я!

 

Артем решил поверить алгеброй меня,

Но получил урок с порога не сходя:

– Когда во мне любви стихия,

Хозяйка я, пишу стихи я!

 

Денис не мог ямб от хорея отличить,

Зашел на дню,

чтоб к утру

инфу получить:

– Когда во мне любви стихия,

Хозяйка я, пишу стихи я!

 

Бумаг набила я объемный дипломат.

Редакция разбором занялась стишат.

Когда во мне любви стихия,

Хозяйка я, пишу стихи я!

 

Редактор лажей и шизой назвал стихи.

Пришлось студента в нем на время обрести:

Когда во мне любви стихия,

Хозяйка я, пишу стихи я!

 

Я – женщина,

ищу,

кто б СТРАСТЬ во мне унял,

В стихосложении участие принял:

Когда во мне любви стихия,

Хозяйка я, пишу стихи я!

 

Это правда, но не вся правда, а только по имеющимся у меня достоверным источникам. За рождение пародии мой пиетет всем женщинам, и мой поклон им за надежду, что жизнь и, соответственно, эта пародия еще пополнятся новыми амурами.

 

 

(10)

Иногда от чтения иной пародии воротит. Это когда на известные слова, надо полагать, вошедшие в копилку словесности, пишется невразумительная пародия. Пародия всегда должна быть лучше или не хуже оригинала. С этой точки зрения к Александру Иванову нет претензий.

 

 

(11)

Ну и самое главное – предупреждение для жаждущих писать пародии, чтобы они не получились хохмами и стебом, и ко всему прочему должны быть изящными. У Александра Иванова пародии настолько изящны, что их можно сравнить с балетом.

 

 

Итак, тем и непредсказуем пародист, что для него нет ничего недостижимого, ограничительного, потому что для него в общепринятом понимании пародия – это импровизация на свободную, но в душе заданную тему.

Инструменты пародиста, скорее, юмор, сатира, сарказм, ирония. Только не подхалимаж, как в одах.

Вот чего еще нельзя отнять у пародиста, так это неожиданности находок, яркости мысли, доведенной больше до абсурда, и также смелости.

Пародии все случаи покорны, и можно смело добавить, к уже имеющимся трактовкам-определениям, мою собственную, что “Пародия – это переосмысливание текста на какой-нибудь другой органичный лад”.

Я бы еще сравнил ее с природным явлением. Кто-то что-то крикнул, высокое или низкое, с горы или из ямы, при свете или во мраке, с Марса или Юпитера, а эхом отозвалось и разнеслось. Так это эхо и есть пародия. Чудо, да и только!

На месте моих пародий могли быть чужие, в частности, Александра Иванова. Но суть статьи от этого не поменялась бы, только привело бы к еще большему количеству примеров.

________________________

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ИЗ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ ПАРОДИСТА И ПАРОДИРУЕМЫХ

 

Пародисты и пародируемые – друзья или враги? Немножко друзья, немножко враги. Но больше они приглядывающиеся и притирающиеся друг к другу субъекты. Это вытекает из выше приведенной статьи “Как легко написать пародию”. В любом случае по правилам хорошего тона пародируемые должны быть благодарны пародисту за пародию, а он им за их уступчивость и предоставленную возможность манипулировать их идеями и строчками.

Привожу частично реакции пародируемых в ответ на мои пародии:

 

 

ИЗ ПЕРЕПИСКИ

с Вадимом Розовым:

 

03.05.2011 г. Алексей, мне нравятся Ваши пародии…// Не напишете ли на меня пародию?

Вадим Розов

 

 

23.06.2011 г. Вадим! Как вы просили. Пародия на вашей странице.

Алексей Мильков

 

 

16.08.2011 г.

Мне нравятся пародии Милькова.

Он у Козьмы учился, у Пруткова!

Но превзойти Учителя он смог,

Не зря терновый примерял венок.

И занесла в свои анналы Клио:

“Прутков, Мильков и… Розов – трио!”

Вадим Розов

 

 

16.08.2011 г.

Самое главное в написании пародий, чтобы они нравились пародируемым. И самое большое наслаждение для писателя – получить признание от своего читателя. В данном случае от автора строчек, на которые написана пародия. Ответ понятен. Благодарю за отклик. За то, что они в стихах – трижды. Теперь он должен идти вместе с пародией.

               Алексей Мильков

__________________

 

 

 

 

 

 

 

 

ИЗ ПЕРЕПИСКИ

с Владимиром Кулибабой:

 

 

02.09.2011 г.

Алексей! Спасибо за прекрасную пародию на меня. В тебе открылась еще одна грань писательского таланта и ее стоит развивать, не останавливаться.

 

Прекрасен миг – открыл тебя и что же?

На строчку каждую увидел десять строк.

Хочу, как ты, быть плодовитым тоже,

На мне ж повис молчания замок.

 

Мир познавал я, глаз не закрывая,

В познаниях мой растерялся дар.

И я б писал, писал, не уставая,

Когда б не этот жалкий гонорар.

 

Тот жест руки, но как он судьбоносен!

По жизни каждый может встретить жест.

Он может миловать, а может сунуть носом

В пустой стакан или покруче – в жесть.

                    Владимир Кулибаба

 

 

17.09.2011 г.

Сарафанное радио работает. Первоисточник посетил мой скромный уголок и оценил мой скромный труд во глубине российских поэтических руд! Спасибо Первоисточнику!

                      Алексей Мильков

_____________________________

 

Перечень используемой литературы:

[1] Гаспаров М.Л. Пародия//Большая советская энциклопедия. 3 изд. Т.19. М., 1975. С. 225.

[2] Гроссман Л. Пародия как жанр литературной критики// Бегак Б., Кравцов Н., Морозов А. Русская литературная пародия. М. – Л., 1930. С. 39, 48.

[3] Фрейденберг О.М. Происхождение пародии//Труды по знаковым системам. Вып. 6. Тарту, 1973. С. 497.

[4] В.И. Новиков Учебно-методическое пособие по курсу «Теория литературы» Факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова. – М., 2009. – 39 с.

 

 

[1] Сансара (санскр.) – цепочка жизненных Циклов бытия, через которую проходит каждый человек

[2] АК – автомат Калашникова.

Песни психолога

Современные русские и украинские песни для мужского, женского и детского вокала,
тематика и стили разные, есть аранжировки, пишу под заказ

Евгений Шантырь, член Российского союза писателей,
Резидент Национального агентства по печати и СМИ «Русский литературный центр»,
член Ассоциации деятелей эстрадного искусства Украины,
автор сборника песен «Кораблик», психолог, врач, кандидат медицинских наук,
e-mail: shantyr88@outlook.com

Право бытия

Сказка о Вздоре

Не далёко и не близко.
Средь высоких древних гор,
Жили древние народы,
Что мололи всякий вздор.

Из него творили утварь,
Из него пекли пирог,
Об него точили бритву
И настаивали грог.

Вздор везли в больших машинах,
Пили утром с молоком,
Покоряли с ним вершины
И стругали кулаком.

Вздора было прежде много.
Нынче, то ж, не в пересчёт.
Он от йога сделал ноги,
И к тебе придти сечёт.

Но, забывши рукомёсла,
Станешь глупость с ним хлебать.
Станешь в пустошь править вёслом,
И голодным ляжешь спать.

Зима

Новый Год приходит с вьюгой,
Заметает все кругом.
С вами мы друзья, подруги,
Замечательно живём.

Я картошечки пожарю
Вместе мы её съедим,
А потом про непогоду
Мы в окошко поглядим.

Ты поёшь, мне сердце, грея,
Дело ладится моё.
В сердце я любовь лелею,
На душе моей светло.

Пусть лютует непогода.
Дом хранит любви тепло.
Поздравляю с Новым Годом!
Все невзгоды замело.

Рыжие

Утром встречают Солнце
-Здравствуй, Солнышко наше.
И становятся рыжие
Год от года всё краше.

Водят они хороводы,
Текут у них чистые воды.
Живут они жизнью простой,
Рыжих берут на постой.

Рыжие селятся рядом.
Все у них с песней, да ладом,
Смех у них легкий и звонкий,
Талии гибкие, тонкие.

Рождаются дети с улыбкой,
Осознанно светятся лики.
Миру земному отрада.
Жизнь рядом с ними – услада.

Земная сказка

Можно всю жизнь учиться,
Смотреть в незнакомые лица,
А можно с Любовью слиться
И получать в награду
Молний в душе разряды.

От них рождаются дети,
Нужные всем планетам.
Поэтому все планеты
Шлют посланцев с приветом

К истокам живой водицы,
Где воздух от счастья искрится,
В гости к простым родителям.
Вспомнить себя воителями.

Взамен надавать советов,
Испортить умом поэтов,
Держать себя важным при этом.
На юной, простой планете.

А ей не нужно все это.
Ей нужно раздольное лето,
Да босиком по росе
И бога славить в красе.

Здесь зарождается жизнь.
Внемли ей, не ленись.
Ну, а, если, заленился –
Побежал к реке, умылся,

Третий глаз себе помыл,
Восторгнуться не забыл,
Сказку, песню сочинил,
Глядь, — и вновь Земле ты мил.

Право бытия

Я, с упоением, рождаюсь
И верю в право бытия —
Стать красотою проявлённой
Через меня, через меня.

Я очищаю сердце светом,
Мгновенье истины ловя,
Любви ласкающим сонетом
Через тебя, через тебя.

Со всею мощью зарожденья,
И, помня истины исток,
Знать: я – дитя любви Вселенной
И жизни плазменной восторг.

Оберегая мир нетленный,
И, наслаждаясь мигом дня,
Нести своё предназначенье
Через тебя, через тебя.

В мерцанье призрачного света
Ловя потоки чистых звезд
Паря в стремительном потоке
Мы вместе строим Звездный Мост

Я собираюсь в Петрич, Ванга

 

Я собираюсь в Петрич, Ванга. Птицы в стаях
уколы осени почувствуют. Прохлада
позолотит леса. И лист, играя,
слетит в ковёр, покрывший клумбы сада.

Я собираюсь в церковь, что построил
твоей рукою бог твой. На картины,
не на иконы, свой зрачок настроив,
к тебе стремлюсь давно, с тобой едина.

Твоя Болгария уже моею стала –
и аист в небе, и орёл над кручей…
Коснуться тёплых вод недоставало
термальных и сакральных… Выпал случай

к тебе приехать, Ванга, в ясный полдень,
сентябрьской паутинкою летящий,
и в дом войти, твоею сутью полный,
и правде внять о жизни настоящей.

———————————
У дома Ванги в Рупите

Нога утонет в разнотравье
деревни Рупите. Над парком
на горный крест садиться вправе –
орлу и голубю с цесаркой.

Укрыта речка камышами,
и жабий хор — рефреном в уши!
И черепашьими шагами
плетётся время: стой и слушай…

Лопочет церковь под горою –
хранят иконы сны и звуки.
В ручье с термальною водою
бездумно обжигаю руки.

И, опалённая душою,
стою, как тень, в дверном проёме
избы, провидицей слепою,
и отражаюсь в водоёме.
————————————-

где, как не в Мельнике…

Средь белых скал, моей истории хранитель, —
прелестный  Мельник,  чудо-мастер красных вин,
старинных улочек  волшебник,  искуситель,
соединитель одиноких  половин.

Где, как не в Мельнике, венчаться в белом доме,
вином рубиновым наполнивши бокал,
где,  кроме вечности и ветра в скалах кроме,
придёт в свидетели платан, река, подвал?

Я заплутала в  закоулках тёмной ниши –
дубовых бочек и дверей потерян счёт…
Старинный Мельник крик испуганный услышит,
на деревянный мост наружу приведёт.

Струит вода по перепадам  речки горной,
смывает боль и застарелые грехи.
Кровит-течёт под медным прессом сок отборный —
перебродить в архитектуру и стихи.
—————————————
В доме Кордопулова

Дом Кордопулова. Комнаты, комнаты,
в доме — посуда, одежда, ковры —
облаком белым на скалах исполнены
нашей с купеческим домом игры:

солнце осеннее жарит неистово –
в доме прохлада осенней поры,
хмелем пьянят после воздуха чистого
винных подвалов густые пары…

Экскурсоводы, туристы, развалины,
бархат платана столетней коры,
старые окна с сакральностью ставенной
смотрят сквозь щёлки в другие миры…

Горная речка мостами и скалами
шумно плутает к подножью горы.
Бочки дубовые с винами алыми
важно хранят наливные дары.

В Мельнике, пробуя… улицей… заревом…
в городе сказочном правим пиры!
Горы и ветер, сентябрь и Болгария
к нам бесконечно и щедро добры.
——————————————-
Жеравна

Мой восторг, мой респект с любопытством, Жеравна!
Чистый воздух и прелесть кафе на двоих.
Здесь прохладно и зябко. Но люди, как лава,
заполняют зигзаг переулков кривых.

Этих стен деревянная шероховатость,
эти камни фундаментов древней поры,
многоцветных ковров неподдельная радость
и сбегающий ветер с вершины горы.

Мы замёрзнем, мы будем искать утешенье
в тёплом чае и в тёплом пожатии рук.
Мы забудем в Жеравне свои пригрешенья,
по музеям пройдя исцеляющий круг!

В каждом доме для нас открываются двери
той Болгарии славной любви и тепла,
и мечты о заветной и попранной вере,
чем страна в угнетённые годы жила…

До слезы. До влюблённости проникновений
в суть истории жизни любимой страны –
щит заборов и стен, и к свободе стремлений,
что на эркере дома особо видны.

Покидаем Жеравну. Простимся с друзьями.
Обещаем не рвать понимания нить.
До подножья горы долетает за нами
дымный запах таверн, чтоб его не забыть.
———————————————
В этом доме

В этом доме мне рады. Готовят еду,
наливают ракию в большие стаканы.
Если вдруг занемог, ослабел на беду –
приобнимут за плечи, поддерживать станут…

В этом доме, на Бога надеясь, живут,
наливают и пьют без остатка «на здраве».
Здесь лелеют тепло и домашний уют
на краю у села, у столетней дубравы.

В жизни всяко бывает: друзья предадут,
отвернутся внезапно родные с упрёком, —
в этот дом на окраине ноги ведут
на подножии горном Сакара далёком.

Я сюда прихожу, чтоб пополнить любовь,
ощутить бескорыстия тёплые руки –
вне сезона в году, в день недели любой, —
и страдаю, болею от долгой разлуки.

Принимай меня, дом! Завершивши полёт,
я тяну свои руки к кистям винограда…
Здесь неслышное время тихонько течёт
за столом у друзей — а другого не надо!
——————————————-
В микрофон

Хозяин дома протянул мне микрофон.
В моей деревне за столом — родные лица.
И паутинкою сентябрьскою кружится
диск осветителя, подчёркивая фон.

Хозяин дома говорит мне о любви
(в награде этой, априори, неповинна!)
людей в деревне. Золотятся вина.
Свисают кисти винограда. — Ты живи,

пиши стихи и книги лет до ста!
Читай их нам — мы любим, как читаешь,
и знаем, что болгарский понимаешь
без переводчика — ведь речь любви проста…

Я отвечаю на наречьи близких душ.
Моя подруга всё синхронно переводит.
И смысл, и речи понимает вроде
ивритоговорящий верный муж.

И в микрофон, и без — с деревней говорю,
с людьми и с полем, с лилией на речке,
о широте натуры человечьей –
портрет Болгарии бесхитростной творю!

И С БОГОМ В ДУШЕ

И С БОГОМ В ДУШЕ

Судьба, как корабль в океане,
А я капитан на борту,
И жизнь мою Бог доверяет
Всецело лишь мне одному,
Стою у штурвала надежды,
По компасу веры плыву
И с Богом в душе я спокойно
Свою выбираю судьбу.

Бурлит беспокойное море,
Опасные дуют ветра
И страшные духи стремятся
На борт моего корабля,
Стою у штурвала надежды,
По компасу веры плыву
И с Богом в душе я спокойно
От гибельных чувств ухожу.

Корабль мой штурмуется штормом,
У борта вскипает волна
И тучами брызги взлетают,
Закрыв горизонт от меня,
Стою у штурвала надежды,
По компасу веры плыву
И с Богом в душе я спокойно
На волны крутые смотрю.

Шумят за бортом океаны
Тревожным набатом глубин
И вздыбленные ураганы
Встречаю, порой, я один,
Стою у штурвала надежды,
По компасу веры плыву
И с Богом в душе я спокойно
Сквозь штормы и бури иду.

Взъерошились тёмные силы,
Их вал вырастает стеной,
Но, верю, мне Бог помогает
И я продолжаю путь свой,
Стою у штурвала надежды,
По компасу веры плыву
И с Богом в душе я спокойно
Девятый свой вал прохожу.

Судьба, как корабль в океане,
А я капитан на борту,
И жизнь мою Бог доверяет
Всецело лишь мне одному,
Стою у штурвала надежды,
По компасу веры плыву
И с Богом в душе я спокойно
Свою выбираю судьбу.

 

Мы улыбнулись

Опять промозглость бытия
Тиранит нас своей гримасой,
Опять у смерти нет лица –
Она опять за чёрной маской.
…А он сидит один во тьме,
Сияет бритва в лунном свете,
Улыбка мести на лице,
А перед ним жена и дети…

Порой услышишь в тишине,
Как кто-то хлопает крылами,
То ангел смерти в вышине
Смеётся и следит за нами.
…Она ступила на карниз,
Вскричала «НА Х**!!!», улыбнулась,
Закрыв глаза, не глядя вниз,
Разжала руки, оттолкнулась…

Она приходит так некстати,
Она уходит, не спросив,
Ты тихо спал в своей кровати
И вот уже в гробу лежишь.
…Чека сорвалась прямо с пальца,
Вся жизнь промчалась мимо глаз,
Ты обняла меня, прижалась,
Мы улыбнулись – нету нас…

Моё искусство

Все затоптать нельзя. Особенно в искусстве
Помножена любовь на труд твоей души.
Но отчего в глазах – река щемящей грусти,
И глядя в них, душа касается вершин.

Росточек будет жить — в бетоне и асфальте.
Талант – есть Божий дар, он Истины отблЕск.
С холста, с листа, со струн, с экрана, сцены в театре
Пробьется и врастет в отечество небес.

И если всюду ночь, и глянец на портрете
Сбирает урожай из новых подлецов,
Друг друга мы поймем, узнаем по примете,-
По искорке в глазах, по звукам голосов.

А коль не дорасти, и небо молчаливо,
Я ставлю «Старший сын» — советский старый фильм.
И то, как ты сыграл, что написал Вампилов,
Дает мне силы жить. И сочинять стихи.

Не видела, увы, «Молитвы поминальной».
Боялась, будет боль. Трусливо не пошла…
Ты всем нам был родной. Не надо слов сусальных.
Ты есть. Сменилась роль. И празднует душа.

Есенинский земляк

Я люблю рязанские деревни,
Рожь в полях и низкие плетни.
О далеком босоногом детстве,
Мне опять напомнили они.

По просёлкам, лужиц чистых метки.
В них глядятся кроны сосняка.
Вдоль речушек, ив плакучих ветки
Теребит дыханье ветерка.

Терпок воздух от черемухи настоя
А вокруг задумчивая тишь.
В синем небе, высоко над головою
Промелькнул и скрылся быстрый стриж.

Вечереет! Тихо гаснет солнце,
Прячась за хлебами на покой.
Луч прощальный заглянул в оконца.
Стадо возвращается домой.

Как знакомы мне картины эти.
Здесь, прошедшей розовой порой,
Мы веселые и озорные дети,
Проносились, словно вихрь, гурьбой.

Но с годами все и всё стареет.
Эта истина сама стара, как мир.
Держит нас, над нами тяготеет
Гнет обжитых городских квартир.

И теперь лишь в отпускных мечтаньях
Или трапезе за праздничным столом
Месту, где когда-то мы родились,
Должное, с любовной грустью, отдаем.

Пишу стихи на заказ

Только любовная тематика

Авторизация
*
*
Генерация пароля